Новости
Felice Vita
Профили
Backstage
Галерея
О нас
 

 

697. Ланч

- Честно говоря, Дон Антонио, меня удивила позиция Януша, - негромко обронила Иша, рассеяно ковыряя вилкой салат.

 

- Участвовать в делах Ателье он больше не намерен, но при этом Ян отказывается продавать нам свой пакет акций, не говоря уже о правах на бренд "Янко-Лав"...

 

 

- Януш прислушивается к мудрым советам своей маленькой супруги, - усмехнулся Дон Антонио.

 

 - А благоразумие жены - спасение для мужчины и его кошелька, - добавил он.

 

 

Женщина рядом с ним заулыбалась.

 

- Хорошо бы, все на свете мужчины об этом помнили, - протянула Брунелла, бросив при этом многозначительный взгляд на хозяина дома, который сидел напротив неё. Но Ческа в ответ лишь смерил её холодным взглядом, затем повернулся к Антонио Буонамико:

 

- Джерси по-прежнему не намерен возвращаться в Ателье? - поинтересовался он.

 

 

- Нет, не намерен, - коротко отозвался Дон Антонио, и его укоризненный взгляд вперился в Ишу, словно то была её вина, что Януш так некстати покинул свой пост исполнительного директора, как только узнал, чьими стараниями ему досталась эта должность.

 

 

Опустив глаза, Иша уставилась в тарелку с салатом.

 

- Нам понадобится человек на его место. И чем скорее, тем лучше, - обронил Ческа.

 

 

- Согласен, согласен, - закивал Дон Антонио. - К сожалению, с уходом Джерси из компании дела в Ателье пошли совсем из рук вон плохо!..

 

 

Эти слова Буонамико сопроводил ещё одним недовольным взглядом в сторону Иши, заставив её почувствовать себя провинившейся школьницей, которую строгий учитель отчитывал на глазах у всей школы.

 

Януш ушёл - сам, по собственной воле, не слушая ничьих уговоров - и с его уходом удача словно отвернулась от некогда процветающей империи Херитач. Объемы продаж падали, закрывались бутики, но хуже всего было то, что вину за уход Джерси Дон Антонио возложил на Ишу - она, по мнению Дона, оказалась недостаточно деликатной и твердой в желании убедить Януша, что должностью он был обязан лишь самому себе, и ни в коей мере не той дружбе, которую его отец водил с сеньорой Херитач.

 

Иша впала в немилость...

 

 

 И вот, когда дела Ателье ухудшились настолько, что встал вопрос о продаже компании, Дон Антонио вдруг неожиданно протянул руку своей старой приятельнице, с готовностью вызвавшись ей помочь. На свой, разумеется, лад.

 

Сейчас, слушая, как Буонамико обсуждает дела ЕЁ Ателье со своими приятелем, чьи знания о мире моды ограничивалось примерочной бутика Херитач, в которой его подружка примеряла платья, Ише захотелось уронить лицо в ладони и разрыдаться от собственной беспомощности и бессилия...

 

 

Брунелла, поглядывая в сторону Иши, хищно улыбнулась и объявила:

 

- Дон Антонио, обещаю: первое, что я сделаю после того, как сеньора Херитач официально представит меня коллективу, займусь поисками подходящего человека на должность исполнительного директора! Кроме того...

 

 

Брунелла чуть откашлялась, не глядя отодвинула от себя свернутую салфетку.

 

- Я полагаю, наша главная задача - это вернуть Ателье Херитач на позиции лидера, полностью пересмотрев концепцию и разработки моделей, и маркетинговой стратегии! - в её голосе зазвучали металлические нотки.

 

- Более того, я убеждена, и, надеюсь, присутствующие здесь мужчины меня полностью поддержат, мы обязаны сделать ставку на линию мужской одежды, которую, по правде говоря, давным-давно нужно было запустить!

Обласкав женщин хорошей одеждой, мы ни в коем случае не должны забывать об их главном аксессуаре - о Мужчине! - заулыбалась она.

 

 

Иша едва не поперхнулась от этих слов.

 

Ей делалось дурно от самодовольных рассуждений девчонки о том, какие порядки та примется наводить в Ателье, но протестовать или спорить с Брунеллой было равнозначно тому, что спорить с самим Доном Антонио.

 

Оставалось молча стиснуть зубы и продолжать с преувеличенным интересом разглядывать салатные листья на фарфоровом блюде.

 

 

Ческо угрюмо взглянул на Брунеллу, но от комментариев воздержался.

 

 

- Caro Dio! - добродушно расхохотался Антонио, - Аксессуар? Нелли, чем же мужчины заслужили такое пренебрежение?!

 

- Я ведь пошутила! - следом за ним рассмеялась Брунелла. - Я люблю мужчин больше всех прочих созданий на этой планете!

 

 

Иша сдержанно улыбнулась. Ческа продолжал мрачно смотреть на Брунеллу. Та, взяв в руки бокал с вином, с какой-то наигранной небрежностью проронила:

 

- А ещё я думаю начать переговоры с ювелирами из Кот-ля-Вилля. Наш дизайн - их воплощение, осталось только...

Иша, невольно выпрямившись, остекленевшим взглядом уставилась на Брунеллу.

 

 

- Этого не будет, - решительно заявил Ческо.

 

- Сейчас главная задача - вернуть Ателье на его позиции по объемам продаж и модернизировать производство. Запуск линии мужской одежды тоже потребует немалых средств.

Надеюсь, ты понимаешь, что у компании сейчас нет денег, чтобы заниматься ещё и ювелирным бизнесом.

 

 

- Сейчас - нет, но когда-нибудь появятся! - отрезала та.

 

- Я согласен с Франческо, - встрял Буонамико. - Распылиться на сотню дел сразу рискуешь ни одно не довести до ума.

 

- Но мы можем хотя бы прозондировать почву! - не сдавалась Брунелла. - У меня хорошие связи!..

 

 

- Какими бы ни были твои связи, без разрешения совета директоров ты ничего не можешь предпринять, и тем более, вести какие-либо переговоры! - Ческа пригвоздил Брунеллу взглядом.

- Трое представителей совета сейчас перед тобой. Мы с Доном Антонио уже озвучили нашу позицию. Но если сеньора Иша тебя поддержит...

 

Он не договорил.

 

- Нет, - холодно отозвалась Иша. - Не поддержит.

 

 

Брунелла медленно перевела рассерженный взгляд с Чески на его соседку.

 

- Ну, что ж, - спустя несколько мгновений обронила она. - В таком случае, мне, конечно, остается только подчиниться решению совета. Но, я надеюсь, мы вернемся ещё к этому разговору. Как только компания встанет на ноги!

 

 

- Вот тогда и поговорим, - прохладно откликнулся Ческо.

 

- Bravo, bravo, Francesco, - рассмеялся Дон Антонио. - Только твердая мужская рука способна управлять желаниями женщины. Иша, твои новые партнеры прекрасно и гармонично дополняют друг друга, - его взгляд упал на сеньору Херитач. - Мои поздравления!

 

- Спасибо, - она заставила себя улыбнуться ему.

 

 

Брунелла взялась за бокал:

 

- Ну, что ж, успехов нам и процветания нашему Ателье!

 

 

*

- У Иши сегодня не очень радостный вид... Ты заметил? - усмехнувшись, поинтересовалась Брунелла.

 

- На её месте, я бы не стала так открыто демонстрировать своё недовольство - Дону Антонио это не понравится. Иша забывает, что ему она обязана всем, что имеет! 

 

 

Проводив гостей, Ческа вернулся в гостиную, где, к своему недовольству, обнаружил Брунеллу, которая уютно устроилась в углу дивана и, казалось, вовсе не намеревалась никуда уходить. Завидев его, Брунелла тут же принялась трещать без умолку. Стараясь сохранять на лице выражение вежливого спокойствия, Ческа отошёл к окну.

 

- ...Да и ты, по-моему, не очень-то был рад меня сегодня видеть! - у него за спиной раздался насмешливый голос Брунеллы.

 

 

Молчание, которым ответил ей Ческа, вызвало у женщины приступ веселья.

- Брось, Ческа!.. Между прочим, тебя никто не просил изображать из себя моего верного возлюбленного, что, впрочем, получилось у тебя довольно скверно! Никакого трепета в голосе, никаких тебе пронзительных взглядов - Ческа, ты отвратительный актер! - Бурнелла вновь принялась хохотать, то и дело поглядывая на застывшего на месте мужчину.

 

- Глядя на нас, никто и не поверит, что мы прожили вместе столько лет! Но... это всё ерунда, - она легко вздохнула.

- Бизнес есть бизнес!.. Каждый из нас получил, что хотел: ты - пакет акций и кресло в совете директоров, я - м-м-м... более-менее прибыльную должность, Дон Антонио подустроил дела этой своей Иши, в очередной раз спасая её от банкротства, одна только Иша губы кривит!..

 

 

Ческа, вполуха слушая болтовню Брунеллы, уставился в окно. 

 

Сейчас, когда первоначальные договоренности обросли конкретными действиями, подкрепились подписями на документах и движением средств по счетам, он думал о том, что Ише, ради которой, всё вроде бы и затевалось, из них четверых досталась самая скромная доля от общего пирога.

 

Она получала огромные деньги, часть которых предназначалась на модернизацию производства, часть - на рекламу и запуск новых линий. 

Но к деньгам прилагалась Брунелла с её навязчивым желанием занять доходную топ-менеджерскую должность, и сам Ческа, которому полагалось не только место в совете директоров, но и доля акций, которые Иша вынуждена была уступить из своего контрольного пакета, с потерей которого она фактически лишалась влияния в своем собственном Ателье.

 

 

Но всё же это лучше, чем получить одну лишь Брунеллу, деловая хватка которой могла посоперничать с её склонностью устраивать свои дела за чужой счет. И Ческа не удержался от замечания:

 

 

- Я хорошо понимаю сеньору Херитач. Мало кто порадуется, если окажется вынужденным поставить во главе компании такую мошенницу, как ты, Брунелла.

 

Но твою... деятельность, - он с нажимом произнес это слово, - я возьму под личный контроль, и буду проверять каждый потраченный тобою цент, каждую подписанную тобой бумагу!.. Так что если надумаешь...

 

 

- Если ты надумаешь совать нос в мои дела, - угрожающе проронила та, - я попрошу вмешаться Дона Антонио!

Лично!

 

 

- Конечно, попросишь! - оскалился Ческа. - Но тогда Буонамико узнает о твоих афёрах с драгоценностями, и ты в два счета вылетишь из Ателье. Бизнес - есть бизнес, не думаю, что Буонамико станет держать тебя у кормушки, если заподозрит, что ты можешь его облапошить, как и меня.

 

- Станет! - высокомерно отозвалась Брунелла. - Я сестра его жены!..

 

 

- Но ты не его жена, - холодно усмехнулся Ческа.

 

 - Конечно, поскольку ты член семьи - скандала из твоего увольнения устраивать не станут, просто очень тихо и очень быстро уберут тебя с должности.

 

 

Застыв с каменным лицом, Брунелла смотрела прямо перед собой, обдумывая слова Чески.

 

- Ты ничего не можешь доказать, - процедила она, наконец. - Я скажу, что ты сам дарил мне поддельные камушки, и свои угрозы можешь засунуть себе...

 

 

- Брунелла, - оборвал её Ческа. - Я уверен, что в мастерских "Риш и Ко" кое-кто из сотрудников обязательно вспомнит женщину, которая пригоршнями возила в Кот-ля-Виль кольца и браслеты, договаривалась о возврате драгоценных камней, а вместо бриллиантов просила вставить в оправы дешевые стекляшки. Не забывай, я ведь могу посоветовать Буонамико поинтересоваться, на что уходили деньги, которые ты выручала от продажи подаренных мною драгоценностей! - Ческо медленно закипал, понемногу начиная терять терпение.

 

- Ну и дрянь же ты! - беззлобно отозвалась Брунелла. - Это тебя не касается! Закона я не нарушала! Ты дарил мне камни - но это уже не твоя забота, как я ими распоряжалась! Я могла бы вообще их выбросить в мусорное ведро или раздать эти камушки нищим - моё личное дело!

 

 

- У меня другое мнение на этот счет! - ледяным тоном проронил Ческа.

 

 

- Думаю, твой визит окончен. Где дверь - ты помнишь, я полагаю.

 

 

Брунелла взвилась, подхватив с дивана сумочку.

 

- Ты хам и грубиян! И если ты будешь мне угрожать, я скажу Дону, что ты... что ты избил меня!

 

 

Но и эти угрозы не произвели на Ческу должного впечатления.

 

- Тогда тем более я буду вынужден объяснить Дону Антонио, за что влепил тебе пощечину, - обронил он, равнодушно пожав плечами. - История с "камушками" так и просится наружу.

 

 

Брунелла метнула на Ческу взгляд, но благоразумно промолчала.

 

Затем торопливо направилась из комнаты.

 

 

- Брунелла, - негромко окликнул её Ческа. И когда та остановилась, проронил:

 

- Тебе больше не понадобятся ключи от моего дома. Оставь их здесь.

 

 

Пальцы Брунеллы инстинктивно сжали бархатную сумочку, нащупывая в ней ключ.

 

Не оборачиваясь к Ческе, она холодно заметила:

- Как это... мило... с твоей стороны выставить меня на улицу!.. - голос женщины звучал насмешливо, но на лице не осталось и тени от надменной ухмылки.

 

 

- Тебя никто не выставлял - ты сама ушла, - безразлично отозвался Ческа.

 

- Да! После того, как ты закатил мне... - с полуслова завелась Брунелла.

 

- Хватит, - спокойно оборвал её тот.

 

 

- Верни ключи, - повторил он.

 

Равнодушно скользя взглядом по лицу Брунеллы, красивые черты которого исказила плохо сдерживаемая злость, Ческа вопросительно поднял брови:

 

- Нет?

 

 

Брунелла молчала, пристальным взглядом буравя бывшего любовника.

 

 

- Ну, как знаешь, - Ческа равнодушно пожал плечами. - Я распоряжусь сменить замки на дверях.

 

Ключи оставь себе на память, - усмехнулся он.

 

 

Не проронив ни слова, Брунелла схватилась за сумочку. 

 

Дрожавшие от негодования руки никак не желали справиться с застежкой. Чувствуя на себе холодный взгляд Чески, Брунелла продолжала терзать крохотный замок, ключи приглушенно постукивали друг о друга, пересыпаясь из одного угла сумочки в другой.

 

 

Наконец, одолев застежку, Брунелла швырнула ключи на край стола:

 

- Прошу! - не глядя на Ческу, процедила она и принялась торопливо застегивать сумочку. - Можешь не утруждать себя сменой замков!

 

 

- Очень любезно с твоей стороны, - откликнулся Ческа.

 

 

Круто развернувшись на каблуках, Брунелла быстрым шагом направилась из столовой прочь.

 

- Ciao-ciao! - звенел её высокий голос. - Счастливо оставаться! - вскинула она руку.

 

 

Когда с грохотом захлопнулась парадная дверь, Ческо едва слышно вздохнул.

 

Он перевёл взгляд на стол.

 

 

Рядом с ключами лежало кольцо. Ческо криво усмехнулся.

 

Перед ним лежала подделка, всего лишь дешевая копия кольца, которое он сам однажды надел на палец этой мерзавке. Одна только оправа некогда роскошного перстня обошлась ему раз в десять дороже той стекляшки, которой ловкая Брунелла подменила бриллиант.