Новости
Felice Vita
Профили
Backstage
Галерея
О нас
 

 

749. Вечер субботы

Вода была до того горячей, что сперва показалась Шинейд крутым кипятком. 

 

Шин полулежала в ванне, стараясь лишний раз не шевелиться. Участки кожи, которые не касались воды, покрылись мурашками, но Шин испытывала необъяснимое удовольствие от этого контраста, и не торопилась погружать в ванну босые ноги. Ещё пара минут - и её тело привыкнет к обжигающей температуре воды, тогда можно будет окунуться в ванну целиком и почувствовать, как опять перехватывает дыхание от жара.

 

 

- ...5 часов вечера в столице, мы приветствуем наших слушателей на волнах радио ФВ, оставайтесь с нами этот музыкальный час, до 7:30 с вами буду я, Энцо Лонгариньи, и мы вернемся в студию через несколько минут, а я пока передаю слово редакции новостей!..

 

 

Шинейд едва заметно повела головой в сторону магнитофона: трудно было представить что-либо скучнее выпуска субботних новостей...

 

 В эту минуту Шин чувствовала себя до того хорошо, до того уютно, что лишать себя этого блаженства даже на короткую долю мгновения ей казалось преступным, не говоря уже о том, чтобы подняться сейчас из ванны, потянуться к магнитофону и щелкать кнопками приемника в поисках безновостной радиоволны. Шин пришло в голову снять с себя наушники, а чуть позже надеть их вновь, но и это было задачей едва ли выполнимой сейчас.

 

 

Единственное, что Шинейд была в состоянии делать, так это разглядывать крохотные пузырьки в пене, отливающие всеми цветами радуги, когда на них падал яркий свет электроламп, и, набравшись терпения, дождаться, когда окончится выпуск новостей.

 

 

- Шинейд!.. Шинейд, ты в ванной?.. Можно войти?.. Я на минутку! - раздался сутк в дверь.

 

Шинейд вздохнула.

- Заходи, - отозвалась она.

 

 

Двери приоткрылись и ванную проскользнула Эмили.

 

- Извини... - она торопливо захлопнула дверь, чтобы не выпускать тепло. Поймав на себе взгляд Шинейд, Эмили виновато улыбнулась. - Извини, извини!...

 

 

- Да ладно тебе, - Шин, усмехнувшись, пожала плечами.

 

- Я на минутку заскочила!.. - пояснила Эмили, направляясь к зеркалу. - Профессор сегодня затянул с лекцией, и теперь я еле-еле успеваю на вечернюю смену в бар...

 

 

- Ясно, - коротко кивнула Шин. - Тебе ужин готовить сегодня? - поинтересовалась она, провожая Эмили к зеркалу взглядом.

 

Такая большая квартира, да ещё и в самом центре города, конечно же, была Шинейд не по карману. И поэтому, когда Эмили, чьи дела стремительно шли в гору, предложила снять жильё вместе и делить расходы пополам, Шин сперва отказалась. Но Эмили, чуть подумав, предложила ей вариант: за своё проживание Шинейд не платит ни копейки, зато уборка квартиры, готовка, походы в суперемаркет и в прачечную будут целиком на ней, Эмили оплачивает все счета и квартиру, а расходы на еду они делят на двоих. Так Шинейд обзавелась большой и светлой комнатой в аппартаментах в самом сердце города. Обязанности кухарки и уборщицы были не слишком обременительными, Эмили целыми днями пропадала с утра в коллледже, а вечерами - в баре, где работала помощником управляющего, и большую часть времени вся квартира была полностью в распоряжении Шинейд.

 

 

- Ужин? - Эмили отрицательно покачала головой. - Нет, я буду поздно... много работы...

 

Кстати, спасибо за коробочку с ланчем, - с улыбкой проронила она. - Очень вкусные лепешки!

 

 

- На здоровье, - отозвалась Шинейд. - Что приготовить на завтрак?

 

 

- М-м-м... задумчиво протянула Эмили. - Я... слушай, я ведь даже не знаю, что у нас дома из еды! Ну, готовь, что захочешь...

 

 

- Ладно, я что-нибудь придумаю... Что-нибудь воскресное и очень сладкое. Кстати, там на столе в коридоре твоя почта, счета я сложила отдельно...

 

И костюм из химчистки я забрала, повесила в твой шкаф, - деловито доложила Шинейд.

 

 

- Ты настоящее сокровище, Шинейд, - улыбнулась Эмили и взялась за тушь для ресниц. - Спасибо, дорогая!

 

 

- Не за что, -  Шинейд бросила на Эмили быстрый взгляд и добавила: - Звонил Артуро.

 

 

Эмили, сама того не осознавая, медленно опустила руку. В жесте чувствовалась усталость.

 

- И... что хотел... на этот раз? - ровным голосом поинтересовалась она.

 

 

- Спрашивал, какие у тебя планы на завтра, потому что его вызывают на ночное дежурство, и ему совершенно не с кем оставить сына, "и не могла бы Эмили, если ей не сложно... посидеть с ним", и так далее, и тому подобное... - Шин кратко пересказала свой разговор с Артуро.

 

- А... ты что ответила? - голос Эмили как-то сник.

 

- Ничего, - равнодушно скривила губы Шинейд. - Сказала, что тебя нет дома, - перегнувшись через бортик ванны, Шин взяла со столика чашку остывшего кофе, заодно убавив звук радио.

 

 

- Понятно... - пробормотала Эмили. Чувство вины, на доли секунды охватившее её при упоминании об Артуро, понемногу уступало место растущему в ней раздражению. Эмили заранее злилась на саму себя, поскольку знала, что всё то же чувство вины за их с Артуро разрыв заставит её непременно перезвонить ему, и конечно же, взять на себя заботы о его сыне на воскресный вечер.

 

И дело было вовсе не в том, что это был её свободный воскресный вечер, а в том, что Артуро по-прежнему считал их разрыв временным недоразумением. Он всячески демонстрировал Эмили, что, та хоть и не жила больше с ним, оставалась его "надежным тылом", и особым знаком доверия в глазах Артуро было то, что ей единственной он мог поручить приглядеть за сыном на время дежурства в полиции.

 

 

Словно угадав её мысли, Шинейд покачала головой:

 

- Итак, воскресный вечер накрылся тазом?

 

 

- Мне не трудно, честное слово... - словно оправдываясь, заговорила Эмили. - Бенжи - хороший мальчик...

 

 

- Знаешь, а когда я сидела с чужими детьми, то получала за это 10 евро в час, - сухо обронила Шинейд. - Артуро пользуется тобой. Бьёт на жалость, и ты, как миленькая, бежишь то Бенжи в аэропорт встречать, то к врачу отводить, то нянчить его весь вечер... Тебя это не напрягает?

 

 

"Нет, нет!.." - у Эмили едва не вырвался протест, но она сдержалась. Вместо этого Эмили отложила в сторону тюбик с тушью и, оперевшись на край раковины, повернулась к Шинейд.

 

- Понимаешь, Артуро верит... он думает, что я вернусь... - негромко сказала она. - И это меня напрягает.

 

 

- Ну, так скажи ему об этом! - Шинейд, поневоле примеряя ситуацию на себя, даже заговорила с возмущением.

 

 

- Всё не так просто... - обронила Эмили. - Понимаешь, мы расстались так странно... вроде бы поссорились, но...вроде бы и нет... То есть, мы продолжаем общаться. Я стала жить отдельно, но он... он всё равно считает меня своей девушкой. 

 

Мы... до того, как разъехались... такой период был... трудный, мы часто ссорились, его бывшей жене не нравилось, что я сдружилась с их сыном, мол, слишком много свободы мальчику, да кто она такая, она ему не мать, почему она разрешает то, почему разрешает сё... ну, понимашь, да?

 

Шин кивнула.

 

- Она всё это высказывала Артуро, тот слушал, слушал, пока не начал понемножку высказывать это мне, а потом.... потом... - Эмили замолчала.

 

 

- Потом было моё решение идти учиться в колледж. И когда я сказала об этом Артуро, то... - Эмили вздохнула. - Он так разозлился, мы поссорились, наговорили друг другу много всего неприятного... но он сказал одну вещь - знаешь, как холодный душ! - что учёба в колледже  не для таких, как я...

 

Не знаю, что он имел в виду, но утром я собрала вещи и ушла.

 

 

- Ну, всё ясно, - усмехнулась Шинейд. - А потом ты почувствовала вкус свободы и возвращение к семейному быту стало невозможным?

 

Эмили в ответ рассмеялась:

- Нет, потом у меня просто появилась Шинейд!

 

 

Та, в ответ немного смутившись, проронила:

 

- Ну... понятно...

 

 

Эмили снова вздохнула.

 

- Знаешь, Артуро хороший человек, и, наверное, поэтому мне трудно отказать, когда он просит о помощи - он ведь когда-то помог мне, когда я была совсем совсем одна...

 

 

Шинейд криво усмехнулась, Эмили заметила эту ухмылку, но ничуть не обиделась:

- Я не такой боец, как ты, Шин... Артуро поддержал меня, и я ему за это бесконечно благодарна!..

 

 

- Аллилуя! - воскликнула Шинейд. - Ты теперь в благодарность будешь нянчить не только его сына, но и его внуков с правнуками, так, что ли?!

 

 

- Надеюсь, что нет! - добродушно рассмеялась Эмили.

 

 

На какое-то мгновение в ванной воцарилась тишина. Эмили задумчиво смотрела в пространство перед собой. 

 

Она уже давно начинала осознавать, что на самом деле, за жалостью и благодарностью к Артуро, угадывалась пугающая в своей неприглядности правда - она никогда не любила его. Отсюда и рождалось чувство вины... Потому что приходилось признаваться себе и в том, что Артуро был для Эмили "стартовой площадкой" в новую лучшую жизнь, перевалочный пункт, где можно было обогреться, зализать раны, а затем с новыми силами отправиться дальше в путь, оставив позади свой временный приют...

 

 

Вспомнив о времени, Эмили оторвалась от своих размышлений и принялась торопливо повязывать шарф.

 

...С Артуро было хорошо, надежно, с ним - как за каменной стеной...  Тихая гавань, укрытая от жизненных бурь и страстей, где был уютный дом, были семейные вечера, размеренный ритм, милые радости и где непременно должны были появиться дети... Многие женщины могли только мечтать о таком спутнике жизни!

 

 

Уже сейчас, спустя полгода после той памятной ссоры, Эмили всё чаще приходило в голову, что слова Артуро, брошенные в гневе, были скорее вызваны страхом потерять её так же, как он когда-то потерял первую жену, чьи карьерные амбиции не соответствовали представлениям Артуро о семейном очаге.

 

И когда Эмили, тихая, милая, покорная Эмили завела речь о колледже, Артуро не удержался от "запрещенных приёмов", ударив Эмили по самому больному, посоветовав радоваться тому, что у неё есть и не пытаться прыгнуть выше собственной головы, ведь "колледж не для таких, как ты!..." 

 

 

Удар пришёлся точно в цель, но вместо того, чтобы погасить излишние амбиции, поднял такую волну протеста в душе тихой и скромной Эмили, что от её покладистости не осталось и следа! Даже сейчас, при одном воспоминании об этих жестоких словах, у Эмили начинало колотить в висках от негодования... А понимание того, что кроме искреннего дружеского расположения она не испытывала к Артуро больше никаких чувств, убеждали Эмили в правильности решения оставить Артуро и дальше идти своей дорогой.

 

Закончив прихорашиваться, Эмили повернулась к Шинейд:

 

- Я буду в баре, если что - звони.

 

 

- Ага, - рассеяно отозвалась Шин. - Долго не сиди там...

 

 

- Постараюсь, - на ходу бросила Эмили, уже думая о том, что ей сказать Артуро, чтобы спасти свой единственный выходной вечер воскресного дня...

 

 

Несколько минут спустя хлопнула входная дверь, и дом вновь погрузился в тишину, сквозь которую едва-едва пробивалась музыка, доносившаяся из наушников.

 

 

Белые островки осевшей пены продолжали таять. Вода из крутого кипятка превратилась в просто теплую.

 

Шинейд расслабленно прислонилась головой к бортику ванны.

 

 

Матовые стекла ванной комнаты запотели, улицы совсем не было видно, но Шин почему-то казалось, что за окном идет снег.

 

Все домашние дела были сделаны, кроме того Шин решила не озадачиваться ужином для себя - вполне можно было обойтись чаем и парой сендвичей... А в сумке у неё лежали сокровища, выловленные утром на блошином рынке - почти новая мужская сорочка из чистого льна, мешочек с обрезками старинных кружев и длинная бахрома со стеклярусом - все эти вещи при помощи иголки и ножниц должны было превратиться в новую сумку за пару часов работы. В мыслях Шинейд уже раскладывала полотно на полу своей комнаты, прикидывая, как и что кроить, куда пришивать кружева и бахрому.

 

Впереди был длинный субботний вечер...