Новости
Felice Vita
Профили
Backstage
Галерея
О нас
 

 

750. Старые знакомые, часть 1

Пронизывающий ветер трепал волосы Меган, но та не торопилась в дом - кутаясь в шаль, она смотрела на белые поля снега, которые стелились к подножию гор, окружавшим долину.

 

Дом стоял почти на окраине, и тишина, окутавшая морозное утро, казалась безграничной, и лишь время от времени её нарушали размеренный стук топора и лай собаки, доносившиеся со стороны леса.

 

 

За спиной у Меган громко хлопнула входная дверь, послышался топот ног - и очарование сказки развеялось, как дым...

 

 

- Па-ра-рам-пам... - пам-пам... м-м-м... - распевая себе под нос, с крыльца сбежал Бартоломью, его ботинки и сноуборд загрохотали по деревянному полу веранды.

 

 

Увидев сестру, Барт притормозил рядом с ней и окинул взглядом с головы до пят:

 

- Чего это ты в трусах на морозе?!.. - поинтересовался он. Сам он был одет в теплую зимнюю куртку, вокруг шеи был повязан шарф, а шапку Бартоломью надвинул почти на глаза.

 

 

-  Ты куда собрался? - Меган, пропустив его замечание мимо ушей, выразительно перевела взгляд с брата на его сноуборд. 

 

- Тебе же папа запретил!.. Ты же... обещал мне помочь с уборкой!

 

 

- Угу, угу, - неопределенно промычал себе под нос Барт. - Сказал помогу, значит - помогу! Два раза с горы скачусь - и помогу!..

 

 

- Барт! - одернула его Меган.

 

- Ну, что ещё?.. - недовольно протянул тот. - К кому, вообще, гости приезжают?! К тебе и к папе, а я при чём?!..

 

 

- Барт!... - Меган уоризненно смотрела на брата.

 

- Ладно, ладно!.. - со вздохом протянул он. Затем склонился к сестре. - Слушай, ты же прекрасно знаешь, толку от меня в уборке мало, давай, лучше ты тут сама как-нибудь, а за это я обещаю всячески развлекать твоих подруг, а? Идет?

 

Меган от такой предприимчивой наглости лишилась дара речи.

 

 

- Молчание - знак согласия, - тут же объявил Барт и бодро зашагал к дороге.

 

- Барт!.. - наконец, опомнилась Меган.

 

- Не буду тебе мешать! - на ходу бросил тот. - Вернусь к обеду, не раньше!..

 

 

Меган покачала головой, глядя вслед торопливо шагавшему по дороге Барту. 

 

 

В глубине души она не особо огорчилась тому, как спешно тот ретировался с поля уборки - толку от него, и правда, было немного, больше нытья и пыльных углов, которые приходилось домывать за ним следом.

 

 

Гости ожидались только к вечеру: две приятельницы Меган - Чинция и Бебетта - прибывали на станцию 6-тичасовым поездом, этим же поездом из Феличе Виты ехала и старинная приятельница отца, которую тот пригласил к ним в деревушку погостить на пару дней.

 

 

Снова налетел ветер, Меган поежилась - холод стал пробирать до костей. Ей, прожившей все детство на Кубе, европейские зимы казались на редкость суровыми, однако отец, уроженец здешних мест, уверял своих детей, что оба они скоро привыкнут к местному климату.

 

Так и случилоь - не прошло и трёх лет после их переезда сюда, как Барт с первым же морозом доставал из кладовки свои лыжные ботинки и нетерпеливо поджидал, когда склоны укроет снегом. А Меган, хоть и продолжала с сентября по май топить камин до того жарко, что в комнатах делалось душно, как в сауне, больше не жаловалась на то, что зимы так непохожи были на те, к которым она привыкла в Гаване...

 

 

Облака клубились над горами. Время от времени небо полностью затягивали плотные облака и начинал валить снег.

 

Но, подгоняемые ветром, тучи неслись дальше, и небо вновь делалось синим и высоким.

 

 

- Иии-хуууу! - воскликнул Барт, взмывая над склоном.

 

 

На окраине деревни почти что не было жилых домов, за старой лесопилкой сразу начинался лес, а потому и зрителей у Барта, было немного, а точнее, никого.

 

 

Но Бартоломью не особо огрчался - хотя с каждым днем он держался на доске все уверенней, падений и кувырков через голову не всегда удавалось избежать, а Барту очень не хотелось уткнуться головой в сугроб на глазах какой-нибудь хорошенькой лыжницы.

 

 

Здесь, в деревенской глуши не было ни лыжных трасс, ни подъемников - за всем этим нужно было ехать в соседний поселок, куда в сезон стягивались туристы, лыжники и сноубордисты из окрестных городков.

 

 

Там, на трассах толпились самоуверенные новички и их инструктора, опытные сноубордисты с не меньшей самоуверенностью оккупировали спуски. Шум, визг, всеобщее веселье и ощущение бесконечного праздника магнитом притягивали к себе молодого человека, однако участие в зимней фиесте стоило недешево.

 

Барту стоило немалых усилий уговорить отца купить ему сноуборд, но оплачивать частные уроки инструктора, ещё и на курорте, где чашка кофе с горячей булкой обходилась в цену хорошего обеда в любой окрестной деревушке, семья не могла себе позволить.  

 

 

Переезд с Кубы "съел" большую часть наследства, оставленного сеньору Хавьеру Ортеге матерью его покойной жены. Смерть старухи сделала семейство сеньора Ортеги баснословно богатым - по кубинским меркам, однако же по приезду в Феличе Виту оказалось, что денег впритык хватало на покупку дома где-нибудь в пригороде, остаток же наследства подразумевалось отложить в банк на учёбу Меган и Барта.

 

Семейный бюджет, пополняемый в основном за счет пенсии, которую правительство перечисляло Ортеге, и небольших приработков главы семейства, основывался на бережливости и умеренности. При таком раскладе и речи не могло быть о шиковании на курортах.

 

 

Барт аккуратно приземлился у подножия холма. 

 

День за днем, он добросовестно осваивал технику самостоятельно, штудируя доступную литературу и Интернет, всё увереннее рассекал по склонам, понемногу отваживаясь на прыжки и "прочую акробатику".

 

 

Небо заволокло облаками - вместо того, чтобы плыть дальше, они сбивались в снежную шапку над верхушками деревьев.

 

Бартоломью бросил взгляд на горы, раздумывая, стоило ли оставаться здесь или же следовало поторопиться на соседние холмы.

 

 

Но в эту минуту солнце окончательно скрылось за облаками и повалил густой снег.

 

Барт подхватил доску и зашагал вдоль горы, в надежде опередить непогоду и успеть ещё пару раз пронестись по склону, нарезая снег.

 

 

За спиной у него загудела лесопилка - что время обеда закончилось, и по идее, Бартоломью должен был развернуться и направить свои ботинки в сторону дома, как и обещал сестре, но, поглощенный своими мыслями, Барт даже и не вспомнил о Меган.

 

 

На соседних холмах по-попрежнему сияло солнце, ели отбрасывали на снег длинные синие тени.

 

 

Но и здесь уже начинали кружить первые снежинки, небо подернулось белой дымкой.

 

Барт остановился, огляделся вокруг.

 

 

Казалось, на километры вокруг не было ни одной живой души - такими тихими и безлюдными выглядели опустевшие деревенские улицы. 

 

 

Барт пристегнулся к доске и заскользил вниз по склону.

 

То замедляя, то ускоряя движение борда, Батоломью в какой-то момент замешкался - и поворот вышел неуклюжим, Барт едва не потерял равновесие, лишь в последний миг выровнялся и не угодил носом в снег.

 

 

Самостоятельное освоение доски требовало не только предельной внимательности, но и самодисциплины - куда проще было махнуть рукой и просто рассекать по склону, чем раз за разом, несмотря на неудачи, повторять элементы, которые никак не желали получаться.

 

 

Барт вновь вскарабкался на холм и помчался вниз...

 

 

Кое-где сквозь плотную броню снеговых облаков, пробивались лучи заходящего солнца.

 

Затормозив у подножия, Барт отстегнул доску и шумно выдохнул.

 

 Ноги гудели от усталости. Барт чувствовал, как мышцы его дрожат от напряжения.

 

 

Он принялся скакать по сугробам, поднимая колени как можно выше, чтобы разогнать боль. Мысли его медленно, но уверенно обратились к теплой кухне в доме по ту сторону холма. Барт вдруг понял, что проголодался.

 

Мегги, наверняка, успела управиться с уборкой, и что-нибудь приготовила к обеду. И, несомненно, натопила камин, возле которого Барт уже мысленно вытягивал уставшие ноги!..

 

 

Бартоломью сел прямо в сугроб. Несколько минут отдыха перед тем, как закинув доску на плечо, он направится навстречу жару в камине и горячему супу с ломтем домашнего хлеба.

 

 

Серебристый, ровный свет лился сквозь дымку облаков, скользя по холмам и крышам, занесенным снегом. Так мало этот снежный пейзаж был похож на те, прежние зимы с видом на Атлантический океан...

 

Когда Меган заводила с ним речь о вечерах в Гаване, когда ветер со стороны штормящего океана приносил ливни и 20 градусов тепла, которые казались им страшным холодом, Барт тут же обрывал сестру, иногда довольно грубо... Та жизнь семейства Ортега осталась в прошлом, и Барт, кажется, понимал это куда лучше, чем его сестра.

 

 

И он почти с благодарностью принимал безмолвие океана снега, который пришёл в их жизни на смену шумному прибою Атлантики...